приоткрывает двери для зла
Книгам об искусстве и творцах всегда обеспечено моё самое горячее читательское внимание. Роман «Лезвие сна» попал в эту категорию очень удачно, а завязка сюжета обещала многое…
История талантливой художницы Изабель Коплей, её учителя и злого гения Винсента Рашкина и ближайшей подруги Кэти Малли была захватывающей. Авторская находка - идея «ньюменов», существ, вызываемых художником своим творчеством в наш мир из некоего неизвестного «прошлого» – оказалась весьма яркой, богатой и красиво реализованной. Особенно мне понравилась светлая мысль помещать описания уцелевших картин-переходов Изабель перед началом частей


Примерно на середине я заскучала



…Вот как обычно составляется мнение о книге? Никогда раньше не задумывалась! Но во время прошедшего отпуска эта мысль заинтересовала меня, и после некоторого анализа выяснилось следующее: ты вбираешь в себя всю предложенную автором информацию, пропитываешься ею и становишься тем… чем становишься. Потом осторожно заглядываешь во «внутреннее зеркало» - ну-ка?.. Что там отражается?.. Ой

Ну как, процесс ничего не напоминает




Так вот, разброс значений обычно лежит в диапазоне от бесплодной попытки вместить в себя Эль


Что мы имеем по этой методе для Чарльза де Линта? Ощущение надтреснутой хрустальной вазы. Нечто до конца не оформившееся, чуточку вымороченное и слегка бесплодное. Это как плоховатое серебро – то ли таиландское, то ли итальянское – которое вроде и блестит, но при этом неправильного цвета, обработано грубо и быстро тускнеет


Видимо, такое суждение выглядит несколько жестоко, и трудно поверить, что я не собираюсь книгу ругать. Но изначальная авторская «заявка» имхо предполагала более высокий уровень, чем был в итоге нам продемонстрирован. Была бы ерундистика какая – я бы, может, и похвалила: мол, на своём уровне неплохо, но здесь такой подход не пройдёт


За это и люблю @Дневники: подобные посты не предполагают ожесточённой полемики, а являются именно что изложением частной точкой зрения


Резюме: у автора есть дар, безусловно. Но он не настолько велик, чтобы позволить ему создавать ньюменов самостоятельно

Категория:

«Она и сейчас могла проткнуть палец острым шипом, а красная птица не показывалась в ранке. Не было ни красной человеческой крови, ни волшебной голубой, никакой крови вообще.
И она не видела снов.
Козетта не нуждалась в отдыхе, но, когда она ложилась и закрывала глаза, в её голове возникала сплошная чёрная пустота, и так продолжалось до тех пор, пока она не вставала. Она просто проваливалась в темноту, а потом не чувствовала себя отдохнувшей, и красная птица не приносила на своих крыльях волшебных сказок.
- Это из-за того, что мы не настоящие, - прошептала однажды Козетта.
Тогда её потрясла мысль, что жизнь дана им на время, их существование зависит от чьего-то постороннего желания, в то время как люди от рождения до самой смерти подчиняются только полёту красной птицы внутри них. Но Розалинда тогда отрицательно покачала головой в ответ и, обняв Козетту, прижала её к своей груди.
- Мы настоящие, - сказала она с горячей убеждённостью, которой Козетта никогда раньше не слышала в её голосе. – И никогда не верь обратному.
Это должно быть правдой.
Мы настоящие»